Поэт Вера Полозкова: «Весь этот ад обязательно закончится»

С ним ужасно легко хохочется, говорится, пьется, дразнится; в нем мужчина не обретен еще; она смотрит ему в ресницы — почти тигрица, обнимающая детеныша. Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество. Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать — ну, бессмертить, увековечивать. Он ничейный и всехний — эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания. Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует — безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие.

Вера Полозкова

Интересное, на мой взгляд, интервью с Верой Полозковой. Девушка между тем совсем непафосна и иронична. Предложению поговорить о мужчинах в честь 23 февраля Вера слегка изумилась, но рассказала, что думает, корреспонденту"Недели" Дарье Варламовой - с энтузиазмом, эмоционально, то и дело иллюстрируя свои слова смешными сценками в лицах. Вы недавно написали в ЖЖ, что вам нравятся красавчики типа актера Василия Степанова Максим из фильма"Обитаемый остров" Ну, это как мужчины сходят с ума от Анджелины Джоли, но не знают, что с ней делать, если она с чемоданом появится в Бирюлеве и скажет: А в жизни мне нравятся разные люди, но их объединяет острая незаурядность, граничащая с шизофренией.

Только ревность мою репейником не отпускает стук. Я бываю и зол, и весел (ревновать - презабавный труд). Вера Полозкова.

И я постою в кабине, пока в виске Не стихнет пальба невидимых эскадрилий. Счастливая, словно старый полковник Фрилей, Который и умер — с трубкой в одной руке. Встречаемся, опрокидываем по три И ты говоришь — горжусь тобой, Полозкова! И — нет, ничего не дергаётся внутри. Давай чтоб вернули мне озорство и прыть, Забрали бы всю сутулость и мягкотелость И чтобы меня совсем перестало крыть И больше писать стихов тебе не хотелось; Чтоб я не рыдала каждый припев, сипя, Как крашеная певичка из ресторана.

Как славно, что ты сидишь сейчас у экрана И думаешь,.

Ночь сентября года. Меня в игру-то взяли еще двух лет не прошло, я новичок еще, дилетант, едва осваиваю техники и ходы - но уже неотвязный привкус повтора, неверия, предсказуемости исхода. Как тетки в пятьдесят лет заводят восемьдесят седьмой по счету роман? Какие помещения арендуют, чтоб не таскать в себе эти тонны расставаний?..

ревность. Сергей Рогожин: Смотрели: (2) · Масяна - Депресняк: Смотрели: (0) · Григорий Лепс . Вера Полозкова - Надо жить у моря, мама.

Что еще тебе рассказать? Надо жить у моря, мама, надо делать, что нравится, и по возможности ничего не усложнять; это ведь только вопрос выбора, мама: И даже если не получится — изобрести другой способ и попробовать снова? Раз уж ты все равно думаешь об этом днями напролет? Быть гордым и обойденным судьбой, Никто-Меня-Не-Любит — или глубоко вдохнуть и попросить о помощи, когда нужна, - и получить помощь, что самое невероятное?

Двадцать лет убиваться по ушедшей любви — или собрать волю в кулак, позволить себе заново доверяться, открываться, завязать отношения и быть счастливым? Во втором гораздо больше доблести, на мой взгляд, чем в первом, для первого вообще не требуется никаких душевных усилий. Прочитать про себя мерзость и расстроиться на неделю — или пожать плечами и подумать, как тебе искренне жаль написавшего?

Страдать и считать, что мир это дрянная шутка Архитектора Матрицы, тыкать в свои шрамы как в ордена, грустно иронизировать насчет безнадежности своего положения — или начать признаваться себе в том, что вкусное — вкусно, теплое — согревает, красивое — заставляет глаз ликовать, хорошие — улыбаются, щедрые — готовы делиться, а не все это вместе издевка небесная, еще один способ тебя унизить? Господи, это так просто, мама, от этого такое хмельное ощущение всемогущества — не понимаю, почему это не всем так очевидно, как мне; все на свете просто вопрос выбора, не более того; не существует никаких заданностей, предопределенностей, недостижимых вершин; ты сам себе гвоздь в сапоге и дурная примета; это ты выбрал быть жалким, никчемным и одиноким — или счастливым и нужным, никто за тебя не решил, никто не способен за тебя решить, если ты против.

Если тебе удобнее думать так, чтобы ничего не предпринимать — живи как жил, только не смей жаловаться на обстоятельства — в мире, где люди покоряют Эвересты, записывают мультиплатиновые диски и берут осадой самых неприступных красавиц, будучи безвестными очкастыми клерками — у тебя нет права говорить, будто что-то даже в теории невозможно.

Да, для этого нужно иметь волю — нужно всего-то выбрать и быть верным своему выбору до конца; только-то. Вселенная гибкий и чуткий материал, из нее можно слепить хоть Пьяцца Маттеи, хоть район Солнцево — ты единственный, кто должен выбрать, что лепить.

Стихи Веры Полозковой разных лет

С ним ужасно легко хохочется, говорится, пьется, дразнится; в нем мужчина не обретен еще; она смотрит ему в ресницы — почти тигрица, обнимающая детеныша. Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество. Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать — ну, бессмертить, увековечивать.

Он ничейный и всехний — эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания.

Вера Полозкова, Александр Тимофеевский, Виктор Ерофеев, Авдотья .. У моего сына сейчас девочка, и у меня нет никой ревности.

Я слежу за тобой по картам. Я иду за тобой по стрелкам. Между строк, по чужим ухмылкам, По аккордам, по первым звукам — Я хожу за тобой по ссылкам, Я читаю тебя по буквам; Терпкой кожей своей барханьей, Ты ведь чуешь мое дыханье, Обжигающее затылок? Гасишь фары и дышишь тяжко? Позабыв, что твои маршруты — Все мои: Закольцованы, как в цепочке, И, как звенья, литы и жестки. Мы столкнемся в конечной точке.

Новое в блогах

Слова песни и текст песни Вера Полозкова - Медленный танец С ним ужасно легко хохочется, говорится, пьется, дразнится; в нем мужчина не обретен еще; она смотрит ему в ресницы — почти тигрица, обнимающая детеныша. Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество.

Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать — ну, бессмертить, увековечивать. Он ничейный и всехний — эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания. Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует — безосновательно, но отчаянно.

Моя любимая Вера Полозкова написала стихотворение: знаешь, если искать врага - обретаешь его в любом. вот, пожалуй, спроси меня - мне никто не.

Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество. Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать — ну, бессмертить, увековечивать. Он ничейный и всехний — эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания.

Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует — безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие. Они вместе идут; окраина; одичание; тишина, жаркий летний полдень, ворчанье гравия. Она что-то ему читает, чуть-чуть манерничая; солнце мажет сгущенкой бликов два их овала. Она всхлипывает — прости, что-то перенервничала.

Я ждала тебя, говорит, я знала же, как ты выглядишь, как смеешься, как прядь отбрасываешь со лба; у меня до тебя все что ни любовь — то выкидыш, я уж думала — все, не выношу, несудьба. Зачинаю — а через месяц проснусь и вою — изнутри хлещет будто черный горячий йод да смола. А вот тут, гляди, - родилось живое.

Он кивает; ему и грустно, и изнуряюще; трется носом в ее плечо, обнимает, ластится.

среда, Вера Полозкова (1986 г.р.) “как они говорят, мама…”

Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество. Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать — ну, бессмертить, увековечивать.

Он ничейный и всехний — эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания. Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует — безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие.

Вот с ревностью особых проблем, к счастью, вообще толком не было. Наверно, частично – потому, что детей у нас уже было трое и.

Произнести Отправить Почему так случилось? Также возможно, что ваш компьютер заражен вирусной программой, использующей его для сбора информации.